автограф
     пускай с моею мордою
   печатных книжек нет,
  вот эта подпись гордая
есть мой автопортрет

великие творения
                   былого

:авторский
сайт
графомана

рукописи не горят!.. ...в интернете ...   
the title of the work

стр. 109                                 

О, книжица моя, прощай!
Пускаю в мир тебя, прощанье близко.
Уж как-то примет публика тебя?
И твой простецкий, неприглаженый английский.

- Торфяной дым ударил ему в голову,- высказал мнение Джон Эглинтон.- Мы чувствуем себя словно в Англии.

Кающийся вор. Ушёл. Я коптил ему бэкон. Зелёный мерцающий камень. Изумруд в оправе моря.

- Люди не осознают, до чего опасны бывают песни любви,- предупредило золотистое яйцо Рассела оккультно.- Движения приводящие к мировым переворотам рождаются из грез и видений мужичьего сердца на склоне холма. Для них земля не почва для возделывания, а живая мать. Разреженный воздух академии и арены производит шестишиллинговый роман, песенку для мюзик-холла, Франция испускает утонченнейшую цветовую гамму гниения – Маллармэ, но желанная жизнь открывается лишь нищим сердцем, жизнь гомеровых феаков.

От этих слов м-р Бест обернул безобидное лицо к Стефену.

- У Маллармэ, знаете ли,- сказал он,- есть замечательные стихи в прозе, которые мне читал в Париже Стиви МакКенна. Одно даже про Гамлета. Там говорится: il se promene, lisant qu livre de lui-meme, знаете ли, читая книгу самого себя. Он описывает ГАМЛЕТА представленного во французском городке, знаете ли, в провинции. На афише значится.

Его свободная рука грациозно выписывала в воздухе тонкие знаки:

HAMLET
ou
LE DISTRAIT
piece de Shakespare

Он повторил вновь для собравшихся:

- Piece de Shakespare, знаете ли, это так по-французски, французский взляд на вещи. Hamlet ou...

- Чокнутый попрошайка,- договорил Стефен.

Джон Эглинтон рассмеялся.

- Да, пожалуй что так,- сказал он.- Отличный народ, несомненно, но убийственно недальновидны в некоторых вопросах.

Помпезное и затхлое величание убийства.

- Душегуб, как назвал его Роберт Грин. Недаром был он сыном мясника, что орудовал убойным молотом, поплевав в ладонь. Девять жизней взяты за одну жизнь его отца, Отец наш томящийся в чистилище. Гамлеты в хаки стреляют не задумываясь. Кровью брызжущие бойни в пятом акте предсказание концентрационного лагеря, воспетого м-ром Суинберном.

Кренли, я его безмолвный адьютант, взирающий на битвы издали.

Юнцы и груды врагов-убийц,
Нам не о чем сожалеть

Меж усмешкой сакса и окриком янки. Меж молотом и наковальней.

- В ГАМЛЕТЕ они усмотрят лишь историю с привидениями,- сказал Джон Эглинтон в поддержку м-ра Беста.- Как мальчик-толстячок из Пиквика, он хочет чтоб у нас мурашки бегали по телу.

О, Внемли! Внемли! Внемли!

Плоть моя слышит его: обмирает, слышит.

Коль навсегда ты…


стрелка вверхвверх-скок