автограф
     пускай с моею мордою
   печатных книжек нет,
  вот эта подпись гордая
есть мой автопортрет

великие творения
                   былого

:авторский
сайт
графомана

рукописи не горят!.. ...в интернете ...   
the title of the work

стр. 29                                

Собачий лай донесся до него, пресекся, отдалился. Пес моего врага. А я лишь стоял бледнея, молча, облаянный. Terrebilia meditaus. Желтый сюртук, лакей богатства, ухмылялся моему страху. Вот по чем ты сохнешь, по лаю их аплодисментов. Лицемеры: живут припеваючи. Братья Брюс, Томас Фицджеральд, шелковый барон, Перкин Ворбек, фальшивый отпрыск Йорка, в шелковых штанах цвета бело-розовой слоновой кости, чудо дня, и Ламберт Симнел, со свитой маркитантов, коронованый посудомой. Все потомки королей. Рай лицемеров, что прежде, что теперь. Он спасал утопающих, а ты вздрагиваешь от тявканья шавки. Но придворные, что насмехались над Гвидо в Ор-сан-Мигеле, были у себя дома. Дом... Хватит с нас твоих средневековых темномыслий; Ты бы смог как он? Если б рядом лодка, буй жизни. Natürlich, вот тебе лодка. Так смог бы или нет? Хотя бы того, что утонул у камня Девы девять дней назад. Его поджидают. Ну-ка, давай начистоту. Я бы хотел. Попытался бы. Пловец из меня не ахти. Холодная мягкость воды. Когда я опустил лицо в бассейн в Клонговзе. Не вижу! Кто там сзади? Прочь, скорее прочь! Смотри как быстро прилив затопляет все вокруг, враз покрывает песчаные низины, орехококосоцветный. Если б я доставал ногами дна. Да, хотелось бы, чтоб его жизнь осталась-таки при нем и, моя при мне. Утопающий. Человечьи глаза взывают ко мне из ужаса смерти. Я... С ним вместе вниз... Не мог я ее спасти. Пучина: горькая смерть: утрата.

Мужчина и женщина. У нее видно нижнюю юбку. Подколота, могу поспорить.

Их пес носился рысью по уменьшающемуся песчаному берегу, топоча, принюхиваясь ко всему подряд. Ищет что-то утраченное в прошлой жизни. Вдруг он метнулся, как скачущий заяц, уши плещутся позади, в погоне за тенью низко скользнувшей чайки. Зычный свист мужчины достиг его мягких ушей. Он развернулся, помчал обратно, все ближе мельтешат рысящие лапы. Во поле чистом тур привольный, скорый, дикий. У кружевной кромки прилива замер, насторожил уши к морю. Морда задралась, залаяла против шума волн, свор морских собак. Они змеились к его лапам, вились, раскручивая несчётные гребни, каждая – девятый вал, разбиваясь, выплескивая, издали, из дальнего далека, волны и волны.

Сборщики моллюсков. Они зашли в воду неподалеку, нагнувшись, погрузили там свои мешки и, подняв их снова, побрели к берегу. Пес с лаем побежал к ним, подскакивал и толкал их лапами, падал на все четыре и снова вставал на задние в заискивающей медвежьей игривости. Безответно юлил он вокруг них, пока не вышли на песок посуше, полотнище волчьего языка полыхало из его челюстей. Его пегое тело трусцой вилось перед ними, а затем рвануло прочь жеребячим галопом. Труп лежал у него на пути. Он остановился, принюхался, подкрался в обход—свой брат—потянул носом ближе, обошел, скоро, по-собачьи, обнюхивая всю всклоченную шкуру дохлой собаки. Псочереп, псонюх, потупленый взгляд, продвигается к одной великой цели. Ах, бедный псина. Здесь бедного псины тело лежит.

- Лохмач! Пшёл оттуда, тварь.

От крика он скачками кинулся обратно к хозяину и резкий пинок босой ноги, не увеча, отбросил его за полосу песка, перегнувшегося в полете. Он метнулся обратно зигзагом. Меня не видит. У края скалы он задержался, потянулся, нюхнул камень и, из-под вздернутой задней лапы, писнул на него. Протопотал вперед и, задрав лапу, кратко писнул на другой, не обнюханный, камень. Нехитрые утехи бедняков. Его задние лапы скребнули песок, затем суетливо заработали передние. Что-то он тут схоронил, свою бабушку. Он рылся в песке, отгребал, рылся и останавливался прислушаться к воздуху, снова остервенело скреб песок когтями, часто прерываясь: гепард, пантера застуканная на прелюбодеянии, за обгладыванием падали.

После того как он разбудил меня среди ночи не это ли мне снилось? Погоди-ка. Открытая дверь. Улица проституток. Помню. Гарун аль-Рашид. Да-да, так. Человек вел меня, говорил что-то. Я не боялся. Дыня, которую; он поднес к моему лицу. Улыбался: сладко-фруктовый запах. Такой обычай, сказал. Сюда. Входи. Устлано красным ковром. Увидишь кто.


стрелка вверхвверх-скок