автограф
     пускай с моею мордою
   печатных книжек нет,
  вот эта подпись гордая
есть мой автопортрет

великие творения
                   былого

:авторский
сайт
графомана

рукописи не горят!.. ...в интернете ...   
the title of the work

стр. 219                                 

Путник странствующ восстоял пред дверьми в нощи густеющей. Муж сей, из народа Израилева, по земле скитающ далеко зашед бысть. Непомерна жалость человечья да и привела его к дому сему. Господарь сего терема А. Роген. Семьдесят лож держит он тут для матерей в тягости пребывающих, дабы сраждуще порождали они чад здоровых, яко же ангел Господний Марии рёк.

Воспомогащие туто ж и похаживали, белы сестры в дозоре неусыпном. Умелицы оне всяку болесть утишивать: во все двенадцать лун, трижды по сто. Воистину постельничьи оне, по сам-две для Рогена держа дозор бдящ. Обходом истомлена, услыхала дозорница приход мужа оного мягкосердого, воспряла с выею окутанной, ворота терема пред ним вширь раздвижила. Ахти, молоньи скок сяйнул в миг сей на заходе небес Ирландии! Встрепетала она, осе Господь Карающ человецей всех умертвит водою за прегрешения тяжкие. Крестное знамение возложила она на груди своя и воззвала его взойти под кров ея. Муж оный, воли ея исполнения для, достойно взошёл в покои Рогена.

Неохоч непокоить, стоял вопрошатель в покое предвходном шляпу в руках воздержащ. В ея уделе он живши бысть со любезной женой и пригожею дщерью; от времен тех бывых ужо девять лет уплынули за земли и дны морския. В один из дней во граде ея встречаша, на поклон ея не возъял он шляпы своя. На сей же ж раз бил челом он ей простить ему упущенье его мимовольное, поелику лик ея, пред ним о той поре быстро мелькнувши, незнано юным ему помстился. Свет скорый очи ея восполымил, цветенья румяного слово его досягаша.

За сим, обращаша очи да на скорбно-чёрные его одеяния, устрашилася. Скоро же и возрадовалась, ибо острах ея поспешен бысть. Ея вопросил он, присылающ ли О'Хара Доктор вести со дальнего брега. Она же с опечаленым воздыханием ему ответствовала, О Хара Доктор на небеси бысть. Возгоревал муж сей слово оное восприявши, отягчило оно утробу его прискорбно. На то молвила она ему, скорбящу о смерти друга столь младого, никому не след оспоривать Господню правомудрость. И поведала она, что смерть-де его спостигла утешительна по милосердию Господню, со священиком исповеди для, со причастием и соборованием. Муж сей на то с важностию вопросил черницу, каковой смертию упокоенный помре, и черница ему ответствовала и молвила, помре он на острове Мона через рак утробный и три года минет в грядуще Рождество по тому, и взмолила она Господа Всемилостивца охранить любезну душу его в ея несмертности. Он внимал ея скорбну слову, в воздержиму шляпу скорбно глядящ. Так восстоявше оне обое бысть несколь времени, в печали кручиняся друг подле друга.

Отже, всяк человече, воззри на сей последний конец, каков суть смерть твоя, и на прах липнущ до всяка из человецей порожденного женщиной, ибо каково приходит он наг из лона матери, також нагим отойти ему напоследок, каковым приходящ бысть. Муж сей в палаты взошедши, молвил слово ко няньке и вопросил, како идётся женщине, овия лежала дитярожаще. Нянька же ответствовала ему и молвила, жена сия пребывает в потугах уж три полных дня и тяжкими ко исполнению окажутся роды, но уж недолго. И к сему молвила, множество жон родящих ею видано, однако ж не зрила досель столь тягостныя, как жены сей роды. Засим поведала ему, каковы времена переживал оный дом. Муж сей выслушивал ея словеса, ибо прочуял, дивяся, муку жон в страде, что имут они от материнства и воздивовался он, глянувши на лик ея столь младой для всякого мужчины погляденья, однако ж оставалась она после долгих годов прислужницей. Двунадесять девять краты кровоистекновений минули для нея бездетно.

И, покуда оне глаголили, распахнулись двери замка и донесся к ним шум вопленный велелюдного пирования. И взошёл в место, где они стояли, младой оучающийся рыцарь, прозванием Диксон. И странствующий Леопольд знавал его, ибо же встречали один другого в доме милосердия, яко младой рыцарь пользовал там недужих и странстующий Леопольд приходил врачеваться, ибо тяжко был уязвлен в грудь копием, коим страховидый дракон поразил его, и тот содеял ему помазание из солей летучих и масла церковного, сообразно тому уязвлению. И поведал он сейчас, что приходящ бысть в замок сей возвеселитися со товарищи уж посевшими там за пир честной. И странствующий Леопольд известил, что надобно ему отбыть в иное место, ибо был он муж бдящ и тонкомудрый. Тако же и дама ему вспомоществовала и укорила она оучающегося рыцаря, бывши однако ж уверена, что странник молвил слово неистинное по своей тонкомудрости. Однако ж, оучающийся рыцарь не восхотел дослушать, ане исполнить ея увещевание, ане сдержать свое хотение, и рёк он, диковен-де сей замок. И странствующий Леопольд взошёл в замок для недолгого отдоховения, поелику утомлен был во членах от множества хождений окружных в разнейших землях, а порой и с игрищами любовными.

И утверждён был в тереме стол из березы финляндския, и удерживаем четырьмя карлами из стороны тои ж, но не смели оне шевельнуться боле, ибо лежало на них заклятье. И на сём столе были страховидные мечи и ножи булатные, иже куются в великой пещере работными демонами из белого полымя, и оне вкрепляют их в рога бычьи, либо же турьи, коих там же в пречудесном множестве. И были там кубки выделываемы чудодейством Махонда из песка морского и воздыхания колдуна, что воздувающ в них пузырчасто. И ломился стол под множеством явств преобильных, коих полней и богаче не утворить никому же. И был там чан серебряный, искусною силою отверзаемый, в коем лежали рыбы диковинные, без голов, хотя же человеки маловерныя навряд ли веру поимут, допоки не узрят, однако истинно таковыми оне были. И рыбы сии лежали в масляной воде, привозимой из земли Португальския, поелику жирноватость оной сокам олив давленых утучняема. И тако же дивно было зреть в замке сём, чародейством преуготовлену смесь из многоплодных житних почек Халдеи, пособничеством неких злых духов в них вкладаемых, аже воздымаются диковинно, великой горе подобны. Ано тамо ж научают змеищ обвиваться вкруг столпов из земли восходящих, и из чешуй оных змеищ варят питие, подобное медам хмелящим.


стрелка вверхвверх-скок