автограф
     пускай с моею мордою
   печатных книжек нет,
  вот эта подпись гордая
есть мой автопортрет

великие творения
                   былого

:авторский
сайт
графомана

рукописи не горят!.. ...в интернете ...   
the title of the work

стр. 82                                 

РИФМЫ И РЕЗОНЫ

Рот, грот. Разве рот это грот? Или грот рот? Может отчасти. Грот, вот, тот, пот, флот. Рифмы: двое в одинаковых одеждах, одинаковы с лица, двое-надвое.

la tua pace
che parlar ti piace
mentreche il vento, come fa, si tace

Ему они виделись троицами, приближающимися девами, в зеленом, розовом, бoрдовом, per l'aez perso, в сиреневом, фиалковом, quella pasifica, в червлено-золотом,di rimirar fe pui ardenti. Но я старец, полон раскаяния, свинцом налиты мощи, под мракотьмою нощи: рот грот: муть грудь.

- Защищайтесь,- сказал м-р О'Мэден Берк.

ПРИГОДНА ДЛЯ ПОВСЕДНЕВНЫХ НУЖД

Дж. Дж. О'Моллой, бледно улыбаясь, принял вызов.

- Достолюбезный Майлз,- сказал он отбрасывая сигарету,- вы возвели ложное строение на моих словах. Я не выступаю, как только что тут советовали, в защиту третьей власти, qua власти, однако, вас занесло на ваших ирландских ногах. Отчего ж тогда не вспомнить Генри Гратена и Флада и Демосфена и Эдмунда Берка? Игнатиус Берк всем нам прекрасно известен, как его Печательный босс, знаем мы и американского его кузена из помоечного листка Боври, не говоря уж про БЮДЖЕТ ПЭДДИ РАСТА, ВЕСТИ КЛИТА РАНА, или нашего недремного друга КУРВЯНСКОГО ОРЛА. Зачем припутывать такого мастера судебного красноречия как Вайтсайд? Помянутая газета вполне пригодна для повседневных нужд.

СВЯЗЬ С ДНЯМИ БЫЛОГО

- Гретем и Флад писали для этой вот газеты,- выкрикнул в лицо ему редактор.- Ирландские добровольцы. А что вы? Основана в 1763 году доктором Лукасом. Кто из ваших нынешних сравнится с Джоном Филпотом Кураном? Фе!

- Ну,- сказал Дж. Дж. О'Моллой,- Буши К. С., например.

- Буши?- сказал редактор.- Ну, да. Буши - да. У него есть это в крови. Кендал Буши, то есть, я хотел сказать Сеймур Буши.

- Он давно б уже заседал в парламенте,- сказал профессор,- если б... Впрочем, ладно.

Дж. Дж. О'Моллой обернулся к Стефену и произнес раздельно и тихо:

- Один из самых отточеннейших периодов, что мне доводилось слышать, исходил из уст Сеймура Буши. Это было дело о братоубийстве, дело об убийстве Чайлдза. Буши защищал его.

И в арки слуха моего лилось,
С шумом бушеванья!

Кстати, как он догадался? Умер во сне. Или опять история, зверь с двумя спинами?

- О чем это?- спросил профессор

ITALIA, MAGISTRA ARTIUM

- Он говорил о достаточности улик,- сказал Дж. Дж. О'Моллой,- про римское право в сравнении с ранним кодексом Моисея, lex talionis. И процитировал Микеланжелова Моисея в Ватикане.

- Ха.

- Пара ловко присобаченных слов,- предварил Лениен.- Тихо!

Пауза Дж. Дж. О'Моллой достал свой портсигар. Деланное затишье. Что-то совсем тривиальное. Судейский вынул свои спички задумчиво и прикурил сигару. Я часто думал с той поры, оглядываясь на то странное время, что это небольшое движение, такое обыденное само по себе, зажжение той спички, определило всё последущее течение жизней нас обоих.

ОТТОЧЕНЫЙ ПЕРИОД

Дж. Дж. О'Моллой продолжил, чеканя слова:

- Сказал он так: Это музыка застывшая в каменном изваянии, в рогатом, грозном, божественно человечьем образе, ставшим вечным символом мудрого пророчества, некую толику которого передали во мраморе воображение и рука ваятеля, что бушующая душа, мятущаяся душа достойна жить, должна жить.

Тонкая его рука волнисто благословила эхо и полегла.

- Отлично!- тут же произнес Майлз Вранфорд.

- Божественное вдохновение,- откликнулся м-р О'Мэден Берк.

- Нравится?- спросил Дж. Дж. О'Моллой Стефена.

Стефен, чью кровь взволновала изящность языка и жеста, покраснел. Он достал сигарету из пачки.

Дж. Дж. О'Моллой предложил свой портсигар Майлзу Вранфорду.

Лениен поднес огонь к их сигаретам и взял свой трофей, говоря:

- Большойус спасибиус.

ЧЕЛОВЕК ВЫСОКОЙ МОРАЛИ

- Профессор Магенис говорил со мной о вас,- обратился Дж. Дж. О'Моллой к Стефену. А какое в действительности ваше мнение об этих герметистах, поэтах камейной тиши? А. Э. мастер мистики? Это всё пошло от Блаватской. Умела подзавернуть старушка. А. Э. сказал в разговоре с каким-то янки, что вы приходили к нему, ни свет ни заря, с вопросом о ступенях сознания. Магенис считает, что вы просто подшутили над А. Э. Это человек высочайшей морали, Магенис.

Говорил обо мне. Что? Что он сказал обо мне? Не спрашивай.

- Нет, благодарю,- сказал профессор Макью, отводя портсигар в сторону.- Одну минуту. Позвольте мне сказать. Наилучшим образцом ораторского искусства, что я когда-либо слышал, была речь Джона Ф. Тейлора на собрании исторического общества колледжа. Выступал м-р Фицгибон, нынешний лорд кассационного суда, а темой обсуждения было эссе (новинка в те дни), призывающее к возрождению ирландского языка.

Он повернулся к Майлзу Вранфорду и сказал:

- Ты же знаешь Джеральда Фицгибона. Так что можешь представить стиль его выступления.

- Он заседает с Томом Хили,- сказал Дж. Дж. О'Моллой,- в комиссии по недвижимости колледжа Троицы, такие ходят слухи.

- Он посиживает с милашкой в детском платьице,- сказал Майлз Вранфорд.- Давай дальше. Ну и?

- Это была речь, заметьте,- продолжил профессор,- отшлифованного оратора, полная придворной заносчивосчти, в которой, с поставленной дикцией, извергал, не хочу сказать громы и молнии, но чванное презрение к зарождающемуся движению. Это было в самом его начале. Мы были слабы, а стало быть и никчемны.

Он закрыл свои длинные тонкие губы на миг, но горя желанием продолжить, поднял высунувшуюся руку к очкам и, чуть коснувшись дрожащими большим и средним пальцами черной правы, установил их на новый фокуc.


стрелка вверхвверх-скок